Самира Марданова: «В Израиле очень дружелюбный народ, всегда спешит на выручку!»

Самира Марданова – репатриантка, горская еврейка, любящая жена и мама троих детей, врач – терапевт, приехавшая в Израиль десять лет назад из Баку по специальной программе для медиков. О том, с какими трудностями ей пришлось столкнуться на новом месте, кто помогал нашей героине и поддерживал в волнительную минуту, как сложился ее дальнейший жизненный путь уже в новых, увлекательных, ближневосточных реалиях, удалось ли Самире добиться всего задуманного в такой нужной и важной профессии, в нашем откровенном разговоре.

— Самира, вы приехали на свою историческую родину из Азербайджана?

— Верно, я родом из Баку, там родилась, выучилась, окончила школу, институт, вышла замуж, а в 39 лет переехала в Израиль. До этого несколько раз была на Святой Земле, мне очень понравилось здесь, несмотря на совсем нелегкую жизнь ее граждан, видела как тяжело работали мои родственники, чтобы чего-то добиться.

— Спасались таким образом от карабахского конфликта?

— Нет, тем более, евреев в Азербайджане никогда не притесняли, не обижали, это — многонациональная точка на карте, в которой проживают азербайджанцы, евреи, армяне в смешанных браках, много русских, в этой стране открыто немало отреставрированных синагог, церквей. То есть мне в Азербайджане не грозила никакая опасность, можно сказать, совершила алию по экономическим причинам, не бедствовала, просто хотела иного будущего для своих детей, мечтала, чтобы они получили образование в Израиле.

— Кто вы по специальности? 

— Я — доктор, терапевт, с самого маленького возраста хотела быть врачом. Когда мой дедушка страдал давлением, сахарным диабетом, пыталась его «прослушать» игрушечной трубочкой, ко всем приставала с игрой во врача, будучи ребенком. Мой выбор профессии произошел с пеленок, все вокруг это видели и твердили, что стану доктором. Кстати, у меня в семье не было медиков, я – первая, закончила Государственный медицинский университет Азербайджана, после работала узистом, получив соответствующее постдипломное образование. После замужества какое-то время сидела дома, родились дети, да и материальная сторона оказалась ненадолго решена.

— На своей исторической родине пришлось подтверждать диплом? 

— Да, здесь, в Израиле, пришлось начинать все заново. Мы жили в Ашдоде по специальной программе для медиков, в рамках ее собирали врачей, приехавших в страну, и обучали их. Нам очень помогали с документами, потому что несмотря на то, что учила иврит изначально, знала алеф-бет, настоящее время глаголов, все равно пришлось тяжело, потому что это — другой язык, незнакомые нам буквы. В Ашдоде тогда собралась группа моих коллег – медиков со всего бывшего СССР, нас обучали обычному языку и ивриту медицинскому, помогали с документами – пересылать, переводить, отправлять в Министерство образования, поддерживали с элементарными вещами, мы тогда были, словно беспомощные дети. Полгода учились обычному языку, сдали экзамен, следующие полгода проходили курсы медицинского иврита. В ашдодском общежитии проживать нам разрешалось лишь год, затем мы с семьей переехали в другой город, где я получила разрешение на сдачу экзамена. Во время нахождения в общежитии, кроме языковых занятий, вечерами собирались группой врачей и готовились к своему главному профессиональному экзамену. Благо, платить за проживание в рамках специальной программы нам поначалу требовалось немного, у нас не брали ни за свет, ни за газ, ни за воду, только за съем коек в общежитии, что было копейками по сравнению с ценами на аренду обычного жилья. В течение года получала корзину абсорбции, а через год сдала экзамен и начала работать. Благодаря тому, что мы обитали в общежитии, первый год нам очень помогали со школой, с детьми, с документами. У Израиля, несомненно, есть свои плюсы и минусы, но даже со всеми негативными моментами моей прекрасной страны, никогда не переехала бы отсюда, мне здесь комфортно и интересно.

— Насколько в еврейском государстве востребованы узкопрофильные направления, такие, как доктора – узисты, почему вы не могли продолжать реализовывать себя здесь в этом направлении после переезда?

— Узкопрофильные специалисты здесь тоже очень нужны, но, чтобы устроиться на Святой Земле на подобную должность мне бы потребовалась протекция, чья-то помощь, а я тогда была приезжим человеком, новым репатриантом, никого и ничего здесь не знала. Плюс ко всему, сфера УЗИ постоянно обновляется, идет в ногу со временем, не стоит на месте, мне на тот момент не хватало элементарных знаний в данной сфере. Закончила институт в Азербайджане лет 20 тому назад, мне требовалось повышение квалификации уже в Израиле, можно сказать, заново здесь выучилась.

 — С какими проблемами и трудностями столкнулись уже во время работы с больными?

— На работе поначалу тоже было очень тяжело, одно дело — учишь язык в теории, другое – разговариваешь на нем с пациентами, причем у меня до этого не имелось никакой практики. И даже сейчас, по прошествии 10 лет, все равно есть новые слова, которые учу, незнакомые выражения, которые осваиваю. Сначала трудилась в больнице, в поликлинику оказалось трудно устроиться без опыта. В одной из больниц, куда меня взяли, выявили мой недостаточный иврит, пришлось перейти в другое лечебное учреждение. Естественно, на тот момент находилась два года в стране, язык еще «хромал», перешла в другую больницу, начала работать в ней. Иврит постепенно улучшался, пополняла его новой лексикой. Во второй больнице сначала и осталась, брала дежурства, работала, как все врачи. Получив свой опыт, наконец перешла в долгожданную поликлинику, и на сегодняшний день довольна, что все сложилось именно таким образом. Две мои старшие девочки — фармацевты, закончили учебные заведения и вскоре будут работать, сын пока учится в школе. Стать фармацевтами – самостоятельное решение моих дочек, я, как их мама, только советую.

— Самира, объясните пожалуйста, чем для израильского врача отличается его деятельность в больнице и поликлинике? Например, как обыватель и не медик, не могу этого понять. 

— Для работы в поликлинике врачу нужен достаточно большой профессиональный стаж и высокий уровень владения ивритом, ты ведь всегда спрашиваешь, какие у пациента симптомы, они тебе их сообщают. Кроме того, на момент приезда у меня еще не имелось серьезного терапевтического опыта, в Азербайджане являлась узистом. Всегда постоянно училась, но в Баку никогда не лечила пациентов, только смотрела их на ультразвуке, выставляя диагноз, одним словом, многое надо было проходить заново.

— Где живете сегодня, за что любите свой город?

— Cегодня живу в Ришон-ле-Ционе, это — центральный, цивилизованный, во многом русскоязычный город, с морем, которое обожают мои дети.

— Какие советы дадите современным олим хадашим?

— Посоветовала бы прежде всего выучить язык, он здесь очень пригодится, желаю им на новом месте сил и терпения, первое время новичкам придется нелегко. Самое главное — верить, что со всем справишься, и все будет хорошо. Повторюсь, здесь живут чудесные, добрые, сплоченные, душевные, отзывчивые люди, которые никогда не оставят в беде…

— Чем занимались ваши близкие?

— Моя мама — учитель английского, сейчас на пенсии. А папа, настоящий трудоголик, хорошо известный на своей родине человек, всю жизнь являлся директором фабрики, состоял на руководящей должности, был депутатом в Азербайджане. В наши дни, несмотря на то, что он — диализный больной, продолжает работать. Он остался в Баку, потому что предан своей родине, очень любит ее, а я переживаю за тех, кто недавно был там ранен, погиб в осенней войне, постоянно общаюсь с друзьями оттуда, те рассказывают об обстановке в родных пенатах. Дай Б-г, чтобы там скорее закончились боевые действия, и Азербайджан забрал бы свои земли.

— В честь кого вас назвали Самира?

— У меня — арабское имя, раньше жила в Азербайджане, поэтому меня назвали местным именем, не в честь кого-то.

— Как COVID-19 изменил вашу реальность, и когда, на ваш взгляд, закончится пандемия?

— Принимаем больных на расстоянии, с маской, со всеми ограничениями, разумеется, сокращению заражений в Израиле помогли и наши карантинные меры. Закончится все это, на мой взгляд, когда введут вакцинацию, а сегодня все заперты по домам, никто не может уезжать, приезжать, путешествовать по миру, это – очень тяжело.

— Отмечаете ли еврейские торжества? 

— Все еврейские праздники обязательно справляю уже в Израиле, как привыкла с детства, когда мы делали это дома. На шаббаты зажигаю свечи, беру Тегилим, молюсь за свою семью, за родителей, как любой человек, верящий в Б-га.

— Какие достопримечательности советуете посмотреть в Ришоне-ле-Ционе?

— За 10 лет, что нахожусь в стране, только в прошлом году начала выезжать по каким-то историческим местам, до того была очень занята учебой, детьми, не имела времени на отдых. Только в прошлом году немного начала знакомиться с местными красотами, потом грянул коронавирус, нас заперли по домам. А раньше трудилась в больнице, у меня были дежурства, гулять и наслаждаться местными видами оказалось просто некогда. Только год, как начала спокойно жить, работая в поликлинике с двумя выходными на неделе, без дежурств. Однако несмотря на мой выбор, есть медики, которые искренне хотят работать в больнице, продолжая таким образом учиться, там набираешься больше опыта, чем в поликлинике. Медицина постоянно обновляется, предлагает все свежее, современное, больница — бурлящая жизнь, активная практика, в то время как в поликлинике все проходит более спокойно. Каждый мой пациент — со своим характером, как в большой семье, где все люди — разные. А вообще, после совершения алии мне поначалу пришлось очень тяжело, сама не знаю, как все это выдержала. Говорила себе, что должна все пройти, что у меня нет иного выбора. Благо, меня окружало много добрых людей, которые помогали — в школе детей, среди соседей, да и на работе ты обрастаешь знакомствами. В еврейском государстве — очень простой, доброжелательный, дружелюбный, весьма поддерживающий, помогающий в трудный час народ, 80 процентов из них всегда бросятся тебе на выручку.

 

Источник: stmegi.com

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *